А.Л.Яворский и А.Н.Соболев.  «Столбы». Государственный заповедник в окрестностях г. Красноярска.

 ИЗДАНИЕ ГОСЗАПОВЕДНИКА «Столбы»

КРАСНОЯРСК

1925

(Отсканированный оригинал издания 1925 г. можно посмотреть здесь.
Внимание: размер страницы - 1,5 Мб!)

Воспроизведение издания 1925 года с дополнением Н.П.Д олжковой с 1925 по 2002 год и репродукцией 8-ми ч/белых и цветных почтовых открыток, изданных до 1917 года

ИЗДАНИЕ В.В.ЧЕРКАШИНА

КРАСНОЯРСК

2002

ОБЩЕЕ КРАТКОЕ ОПИСАНИЕ ЗАПОВЕДНИКА

Заповедник «Столбы» находится в отрогах восточных Саян, в так называемых Куйсумских горах, вблизи города Красноярска в общем направлении на юго-запад от последнего и в расстоянии 8 клм. от городской стороны железнодорожного моста через р.Енисей. Ближайшими на­селенными пунктами являются: д.Базаиха — 5 клм., дачи у устья р.Лалетиной около 4 клм. Площадь заповедника приблизительно — 3960 гк (3630 дес.), представляет горную местность, изрезанную в различных направлениях тремя главными бассейнами речек Сухого Калтата, Лалетиной и Моховой. С юга заповедный район имеет границей водораздел р.Сухого Калтата и р.Большой Слизневой рассохи, с запада водораздел рч.Столбовского Калтата и Лалетиной с одной стороны и р.Большой Слизневой с дру­гой, с севера его границей служит линия, косо перерезающая верхнее течение р.Моховой (граница надела крестьян деревни Базаихи), а с востока он ограничен р.Калтатом и его притоком Мокрым Калтатом. Протяжение с севера на юг 6 клм., с востока на запад около 4 клм. Обход границ имеет приблизительно 23 клм. Район можно охарактеризовать как горную местность с выходами сиенитовых скал по возвышенным местам, известных здесь под общим именем «Столбы».

Самой высокой точкой района является вершина «Второго» Столба равная 748 метрам над уровнем моря и 592 метрам над уровнем р.Енисей у р.Лалетиной. Эта высота уступает только самой большой высоте окрестностей Красноярска, хребту Абатаку. Выходы сиенита вместе со «Вторым» Столбом расположены на водораздельной площадке приблизительно 1 клм. в диаметре, с которой берут начало речки заповедника. Это, так называемое, Столбовское плоскогорие. С него на юг идет Столбовский Калтат, который, отбрасываясь Копьевой горой с запада на восток, сильно углубляет свою долину, принимая с юга рч.Бабский Калтат и Крепостной Калтат, идущие с южной границы заповедника, образует вместе с ним р.Сухой Калтат.

В общем своем течении на сев.-восток Сухой Калтат как бы перерезает заповедник на две части: северную и южную. Из других речек со Столбовского плоскогорья берут начало: р.Лалетина в сев.-зап. углу заповедника и р.Моховая на северной его границе. Северная часть, наиболее высокая, является в тоже время и менее облесенной, представляя скорее, особенно у северных; склонов, переход от лесостепного редколесья к таежному густолесью. С выходами сиенитов в этой части связаны иногда склоны степного типа. Южная часть, обладая меньшей высотой, в тоже время является типичной горно-таежной, с мрачным однообразным колоритом темно-зеленой хвои и выходами мало бросающихся в глаза, замаскированных лесом, сиенитовых скал. Насколько в северном участке преобладает камень в виде: монолитов, скал, барьеров, россыпей, настолько в южном первое место занимает зеленый фон хвойного леса. Самыми крупными выходами сиенита являются: самые Столбы вокруг Столбовского плоскогорья северной части заповедника; Дикий камень, Крепость и Развалы, в юго-восточной его части и Стенка с Манской Бабой в юго-западной. Стенка представляет интерес в том отношении, что находится вопреки общему положению не на вершине хребта, а у самого его основания на совершенно ровном месте в долине при слиянии двух Калтатов в Сухой Калтат.

По периодам года Столбы можно разделить на зимний период с 10-го октября по 20 апреля, весенний с 20-го апреля по 15 июня, летний c 15-го июня по 20 августа и осенний с 20-го августа по 10 октября. Ранние туманы конца лета и поздний снег в начале июня — характерны для Столбовского района.

ГЕОЛОГИЧЕСКИЙ ОЧЕРК

Описанный выше Столбовский массив со всем его окружающим районом до сих пор не имеет своего точного геологического описания, благодаря отсутствию там систематических исследований.

В геологическом отношении Столбовский массив необходимо значительно расширить, так как его восточная граница достигает скал «Ковриг», находящихся вверх по р.Базаихе в 5 ½ километрах от устья р.Моховой.

Таким образом, весь гранитный массив является как бы в форме квадрата с одной из диагоналей, направленной с севера на юг и с углами, размещающимися приблизительно так: северный угол — по р.Каштак (приток Базаихи) в 2 километрах от деревни, восточный угол — близ «Ков­риг», южный — у вершины реч.Слизневой рассохи и западный — у верховьев Медвежьей рассохи (приток Слизневой).

На всем этом пространстве в многочисленных осыпях и в огромных, поражающих своей красотой взгроможденных друг на друга монолитах обнажается крупно зернистая горная порода с буровато-розоватым полевым шпатом (ортоклазом), зеленовато-черной роговой обманкой, с небольшой примесью водяно-прозрачного кварца и изредка зеленовато-черной слюдой (биотитом). Указанные составные части распределены крайне неравномерно и главной составной частью оказывается ортоклаз, кристаллы которого достигают в среднем до 0,5-1 см длины. Кристаллы роговой обманки редко вкраплены в виде зерен около 3-5 миллим., зерна кварца распределены настолько редко, что часто в образце 10х10 кв. сант. величины на нем не находится ни одного зерна; и только в том случае, когда строение породы становится сильно пористым, образуя массу пустот, обычно небольшой величины, в этих пустотах можно наблюдать щетки (друзы) хорошо выраженных кристаллов водяно-серого кварца, часто двупирамидальной формы (без призмы). В больших же пустотах можно встретить друзы дымчатого топаза с кристаллами величиной до 5-7 см длины. Вследствие такого минералогического состава пород Столбовского массива их можно отнести к гранито-сиенитам, так как для нормального гранита в нем очень мало кварца.

Как указано выше, строение сиенитов крупно­кристаллическое, часто пронизанное мелкими по­рами. В некоторых участках (Такмак, Глаголь. Ковриги) строение породы разнообразится тем, что в общей массе проходят жилы, иногда резко ограниченные, иногда постепенно сливающиеся с окружающей массой, очень плотного мелко-зернистого сиенита, часто обогащенного большим количеством темно-окрашенных элементов, иногда же представляющих из себя более светлые разности, по-видимому, жильного гранита. Эти жилы иногда целой системой несогласно прорезывают серию монолитов, переходя из одного и непосредственно продолжаясь в следующем. Кроме того, необходимо отметить нередкие посторонние темные (часто почти черные) пятна во многих монолитах сиени­та. Эти пятна встречаются как во внутренних частях массива, так и краевых (Такмак, Ковриги, 4-й столб. Манская баба и т.д.) и при внимательном осмотре оказываются угловатыми глыбами около 10-30 см совершенно постороннего характера включениями, иногда сохранившими в себе следы сланцеватого строения.

Выйдя за пределы описанного сиенитового массива, мы попадаем в область других геологических образований. На севере к сиенитному массиву непосредственно примыкает мощная серия глинистых сланцев, серых вакк, поставленных почти вертикально (на голову) и относимая к до-кембрийскому возрасту. В непосредственной близости к Такмаку серия глинистых сланцев несет ясные следы изменений (контактового метаморфизма), выраженного в переходе глинистых сланцев в пятнистые роговики (Каштак, Глаголь, Такмак). Непосредственно легко устанавливается контакт сиенитов Ковриг известняками, перекристаллизованными в мраморы. Наиболее близкая серия мраморов представляет собой белоснежную крупно­кристаллическую разность выше и дальше от сиенитов, переходящую в черную серию такого же крупнозернистого строения, мраморов. Эти мраморы далее переходят в серые известняки, залегающие над глинисто-сланцевой толщей между деревней Базаихой и селом Торгашинским. Известняки с 90 годов, благодаря находкам в них вымерших археоциатид, дают возможность отнести возраст их к кембрийскому. Взаимоотношение сиенитового массива к девонской красноцветной толще, залегающей над Торгашинским кембрийским известняком не выяснено, также как не ясна еще южная и западная граница сиенитов.

Переходя к вопросу об образовании Столбовского массива, нужно сказать, что первоначальный взгляд на происхождение его, как на первичное образование (застывание земной коры в момент ее образования), необходимо совершенно отбро­сить. Общий характер массива, имеющий форму отдельных куполов, размещенных на площади, имеющей приблизительно одинаковое измерение в длину и ширину, область хорошо выраженного по краям массива контактового метаморфизма (пере­ход глинистых сланцев в роговики, известняков в мраморы), ряд включений в сиенитах обломков осадочных пород достаточно ясно говорят о том, что эти сиениты когда-то вылились в виде большого подземного лакколита среди осадочных пород. Остается невыясненным только вопрос о времени этого подземного излияния. Можно определенно сказать о после кембрийском их излиянии, так как своей высокой температурой, давлением они изменили кембрийские известняки. Картина этого образования представляется, по-видимому, в следующем виде: происходившие в палеозойскую эру (древняя эра жизни земли) горообразовательные процессы, изменившие положение до-кембрийских, кембрийских образований района, сопровождалися в описываемом участке глубинным излиянием. Горячие сиенитовые магмы, выливавшиеся в глубине земной коры, произвели те контактовые изменения, о которых упоминалось выше и отчасти захватили в себя обломки окружающих осадочных пород. Образование этого лакколита, безусловно, сопровождалось зависящим от него нарушением залегания выше лежащих известняков и глинистых сланцев; это можно заключить по падению последних в стороны противоположные лакколиту (Ковриги, речка Калтат). Произведя указанные нарушения, излияние привело к образованию в толще, которая накрывала лакколит, ряда больших вертикальных трещин, в которые затекла магма, образовав ряд дейк (ответвления изверженной породы в вертикальные трещины; в них застыв, магма образует стенкообразные формы различно изогнутые соответственно трещинам, в которые залилась магма). Дейки великолепно выражены в Глаголе, Китайской Стенке, да и собственно Столбы можно объединить в извилистые, разбитые выветриванием на отдельные части дейки в следующих направлениях: 1) Видовка, Монах, Веселая Гривка, Водопой, Первенец, 2, 3 Пред­течи и 4 Столб; 2) почти параллельная такая же извилистая: Прадед, Дед, Баба и 1 Столб и 3) 2-й Столб, Митра, Рукавицы.

Сильно разрушенные горообразовательными процессами, легко поддающиеся выветриванию глинистые сланцы, известняки, накрывавшие прежде сиенитовый массив, постепенно подверглись действию разрушительных процессов (выветривание, смыв и т.д.), и почти совершенно снесены с неге. Изредка только (Глаголь, Крепость) можно встретить следы этого покрова внутри массива. И пос­тепенно этот покров, разрушившись, открыл залегавший под ним сиенитовый массив с его неровной поверхностью, представляющей отдельные лакколито-образные возвышения и дейки. Процессы разрушения его идут более медленно, и мы до сих пор можем наблюдать лакколит и его стенообразные дейки, которые когда- то были скрыты от нас покровом осадочных образований. Идет и сейчас это разрушение, обнажается поверхность сиенитового массива, который, разбившись на ряд отдельных участков, поражает нас красотой своих обломков. Каждый из этих участков представляет обыкновенно более узкое в сечении продолговатое или округло треугольное нагромождение в виде вздымающихся вверх развалин огромной стены, конусообразно идущих в высь. В обломках характерно проявляется кубообразная отдельность сиенита. Целый ряд кубов, как бы какой-то гигантской рукой взгроможден друг на друга, представляя расщелины, уступы, площадки, отвесные пропасти и т.д. до 100 метров высоты. (Самый высокий 2 Столб). Эта кубообразная отдельность резко выражена и в отдельных отторженцах в развалах отдельных Столбов. Иногда, как на Ковригах, великолепно проявляется хлебообразная отдельность и изредка (в Перьях) матрацевидная, стоящая вертикально на головах. Крупнозернистость сиенита поддается физическому разрушению атмосферы и поэтому не редкость видеть разнообразные формы выветривания: расширенные трещины, пещеры, гроты, кресла, котлы выдувания, естественные аквариумы и т.д. Иногда благодаря удачному расположению стенок, трещин последние издают при ударе резонирующий металлический звук (Колокол). В изгибах, углах трещин фантазия рисует профили гигантов (Дед) и различные фигуры (Лев, Бульдог). Среди таких же неразвалившихся еще выветрелых участков можно встретить качающиеся камни и т.д. Кроме физического выветривания можно наблюдать и химическое изменение полевого шпата. В этих местах полевой шпат покрывается белесоватым налетом, благодаря процессу каолинизации (переход полевого шпата в каолин).

Но крепко стоят сиенитовые вершины против времени и его разрушительного действия. С момента начала «Столбизма» никто из «столбистов» не помнит случая естественного обвала больших камней... Крепко стоят могучие... И только другое бедствие им может угрожать — от маленького грызуна, которому все мешает, которому все необходимо использовать в своих материальных грубоживотных целях. Этот грызун — человек, уже разрушивший красивые Кизямы в речке Моховой, подбиравшийся когда-то и к подножью красавца Второго Столба.

А.Н.Соболев.

РАСТИТЕЛЬНОСТЬ

Растительность заповедника в общем представляет лес в различных его изменениях в связи с рельефом местности. Склоны гор, рассеченные долинами речек и неглубокими ложками ручьев, в подавляющей своей массе облесены.

Северные отлогие мало инсолируемые, а, следовательно, и сырые склоны заняты таежной растительностью, главным образом, елью, с примесью березы, рябины и ближе к низу долин осины. Дерновый покров таких северов состоит из мха, в изобилии одевающего почву и колодник и немногочисленных тенелюбов из осок, злаков и черемши. Изредка здесь попадается рослый кедр. При повышении крутизны попадается большой процент березы, а в дерновой покров включается черника. Унылы и однообразны такие таежные севера. Южные склоны наиболее круты и хорошо инсолирумы, почему здесь нашла себе место сухолюбивая сосна с дерновым покровом из лишайников, брусничника, грушанок и сухолюбивых злаков. Чистые бора с высокоствольными деревьями сосны и лиственницы представляют не редкость на таких южных склонах, произрастая на них защищенные от влияния северных ветров. В части заповедника, прилегающего с севера к границе казенных земель с землями крестьян деревни Базаихи, в частности урочище «Видовка», крутые южные склоны заняты зашедшей степной растительностью и почти здесь же кончающейся. Такой склон почти не облесен и имеет чуть ли не единственных представителей древесных пород в виде кустарников кизильника и еще реже караганника. Травянистый покров здесь представлен лишь сухолюбивыми злаками вплоть до ковыля, а также кистецветной гречихой и красными лилиями (саранки.) Восточные склоны ближе подходят к южным, являясь более сухими, а западные подчинены влиянию северов. Характерны для восточных склонов с растущим березняковым леском заросли алтайской анемоны, в массе цветущей одной из первых. Она служит в тоже время первым цветком на месте поздно тающих мощных надувов снега, сопровождая их таяние вместе с хох­латками.

Самый центр Столбовского эстетического района представляет слабо выраженную котловину в километровом диаметре. Здесь тип леса смешанный сосново-елово-лиственничный с примесью березы и осины, причем иногда осина, особенно в вершинах ключей, преобладает даже над всеми породами, занимая собой значительное пространство и вылезая тогда до средины склонов всех направлений. Вершины ручьев всегда, как правило, включают в состав леса пихту, доходящую здесь до положения монополиста наравне с осиной. Между этими двумя сыролюбами ведется борьба, а кроме того, они вместе в районах каменистых выходов на северных и западных склонов ведут борьбу с елью и березой.

Ручьи заняты всецело ольхой, которая вместе с небольшим количеством рябины и черемухи почти исключительно занимает самое русло ручья, делая его иногда буквально непролазным. В подлеске, если так можно сказать относительно нашей, кустарной ольхи, здесь попадаются черная и красная смородина (кислица), а травянистый покров представляют мхи, черемша, калужница, заячья кисличка и др. немногочисленные тенелюбы. По мере расширения русла ручья и при переходе его в речку в состав древесной растительности все больше и больше включаются кроме пихты стволистые ели и кедры с неизменными березами и осинами. Эти породы сошли сюда с соседних северо-западных склонов и нашли здесь условия сырости и затенения, близкие к условиям этих склонов. При выходе из крутой тенистой долины речки Калтата и Лалетиной, при повороте на север является наибольший доступ лучам полдневного солнца, поэтому в русле речки начинают попадаться луговые места, а ручьевые сыролюбы жмутся около самого русла. На таких открытых местах встречаются: белоголовник, чемерица белая, молочай, купырь, пучки, и др. представители высокотравья.

Выходы сиенитов, приуроченные в большинстве случаев к высшим точкам хребтов, сгруппировали вокруг себя растительность окружающих гор и в зависимости от силы затенения, влажности и ветровых явлений дали ту или иную растительную обстановку. Севера и запады приблизили к себе сыролюбов, чему особенно способствовало здесь массовое скопление снегов и медленное их таяние. Пихта, ель, осина, бузина, ольха, рябина и жимолость растут здесь вблизи самых камней, а в расщелинах и между раскиданными валунами нашли себе место всевозможного цвета мхи, нежные папоротники, седмичник, ветреница ( reflexa ), мускусная адокса, воронец, горный двулепестник и другие тенелюбы. Юги и востоки приютили у своего подножия: сосну, лиственницу, кизильник, таволгу и малину, а в травянистом покрове: бруснику, вейники, прострел, колокольчики, скрипун и др. сухолюбов.

Самые камни сплошь покрыты коричневатыми отвернутыми слоевищами лишайника Гирофора, дающего общий коричневатый тон всем Столбам. Кедр, растущий около камней в виде прямоствольных деревьев, здесь на камнях и в непосредственном соседстве с ними принимает сланцеватую распростертую форму или однобокий вид паруса — показа­тель господствующего направления юго-западных ветров. Узколистная смолевка, распускающаяся с началом сумерек, имеющая приятный запах, явля­ется самым типичным травянистым растением самых камней. Кроме смолевки на камнях встречаются: малина, папоротник многоножка, вудзия, сибирская патриния и злак повилица, покрывающий здесь иногда значительные пространства (теплун).

Котлы камней (Первый Столб) представляют в летнее время красивые бассейны в виде естественных аквариумов; из растений здесь, болотник осенний и клубки нитчатых водорослей.

По вершинам хребтов вблизи каменистых выходов незначительного масштаба по рёлкам и в сиенитных россыпях по горелым местам довольно часты заросли малинника и коневника.

Влияние человека на растительность в районе заповедника шло по нескольким направлениям. Прежде всего, его присутствию обязана значительная разреженность леса в некоторых районах, где в различные времена производилась рубка и вывоз леса и дров, а также разреженность сплошных зарослей пихтача и ельника в вершинах рек, где эти деревья вырубались для вывоза в ближайший город к различного рода празднествам. Поселяющиеся столбисты, подкаменщики и избушечники внесли с собой сорную растительность, заполонившую их стоянки и разросшуюся всюду вдоль тропинок, как то: однолетний метляк, подорожник, чистотел, полынь, лапушник и свербига. Кроме того, лесные пожары от кострищ ягодников и охотников несомненно видоизменили естественный вид, особенно часто выгораемых югов, востоков и даже западов и северов; повлекли за собой, как последствие уничтожение дернового покрова и замену его зарослями коневника и малины.

Лишайниковый покров одиноких разбросанных на земле камней и целых россыпей, а также и сухих склонов состоит из различных, светло-зеленых клядоний, а густые заросли пихтача в вершинах ключей сверху донизу окутаны так называемым «бородатым мхом».

Мир мхов характеризуется подушковидными зарослями кукушкина льна на более сухих склонах, а также различными сыролюбивыми мхами по от­дельным раскиданным камням. Зачастую северная сторона таких отдельностей, как и самих Столбов, одета целым слоем перегнившего мха в виде войлока, доходящего до 10-15 см толщины. Мхи нас­только сыролюбивы, что нередки в камнях, рас­положенные по самому ходу дождевых стоков, пред­ставляя собой зеленые террасы в виде уступов.

Из грибного мира по осени нередки различные грузди, лисички, трубчатые грибы типа подберезовика, ежевики и булавицы. Все они появляются периодически и иногда годами в очень большом количестве, в зависимости от сырости лета. Из других грибов необходимо упомянуть об ведьминых метлах на пихтах и вихревых гнездах на березах и ольхах; деморфизированные побеги этих растений очень часты в районе каменистых выходов и яв­ляются типичными здесь в обстановке камня и ветра. Картину грибного царства дополняют паразиты древесных пород из трутовиков, дающие массу колодника и предопределяющие ветровал деревьев. Водоросли нашли свое место в виде цветных налетов, главным образом, на стволах деревьев, осо­бенно березы, осины и пихты, окрашивая иногда всю нижнюю часть дерева в ярко розоватый или грязно-зеленоватый тон.

Заканчивая краткий очерк растительности заповедника, необходимо упомянуть еще о значении массы выпадающего снежного покрова и о влиянии господствующих юго-западных ветров. Оба эти явления способствуют уродливой искривленности де­ревьев, сгибая иногда своей тяжестью и напором значительной величины деревья, остающиеся в таком положении в течение всей своей жизни. Кроме того, влияние ветра сказывается довольно сильно на образовании ветровала, дающего в некоторых местах на западных склонах буквально непроходимые нагромождения поваленного леса. (Развалы, Крепость и др. камни).

ЖИВОТНЫЙ МИР

Животный мир заповедника представляет типичных представителей тайги. Бурый медведь является самым большим животным в пределах заповедника, хотя и редко, но попадаются его следы, особенно в части зоопарка, где он, по-видимому, ложится на зиму среди камней. Другим его местом лежки являются правые притоки речки Моховой, где не раз добывали его на берлоге вместе с молодыми. Разрытые муравейники заповедного района свидетельствуют об его появлении здесь. Реже всего попадается он среди Столбовского плоскогорья, но и здесь бывают случаи встречи с ним и даже его заходы вдоль Манской тропы на вершину Каштака у деревни Базаихи.

Волк — очень редкое явление в заповеднике и его появление — чисто случайный заход с соседней степи по долинам речек Калтата, Моховой и Лалетиной. Наблюдать россомаху, лисицу и рысь не приходилось, но вероятнее всего, что последний зверь здесь возможен ввиду близости известковых скал по р.Базаихе, где рысь водится. Из хищников семейства хорьковых встречается горностай и колонок. Со слов базайского крестьянина охотника С.И.Мезенина, в районе Слизневой очень, правда, редко не так давно встречался соболь, следовательно, его захождение возможно и в пределы заповедника, особенно в каменистые россыпи Сухого и Мокрого Калтата. Из жвачных наиболее часта мускусная кабарга, особенно в районе зоопарка (Развалы, Дикий, Крепость), откуда это жи­вотное иногда переходит пастись зимой на мало­снежные степные юги речки Базаихи и россыпи Мокрого Калтата. Сибирская козуля водится в районе зоопарка, но реже кабарги. Марал сибирский может быть здесь заходом с соседнего Манского водораздела, где он бывает или в верховьях речки Большой Слизневой или в вершине речки Большой Индей (приток Маны). О сохатом и северном олене нет сведений, кроме мест их ближайших заходов, а именно: северный олень отмечается случайно для верховьев речки Лиственной — 30 километров на запад от заповедника, а сохатый на реке Мане у речки Негнета — 20 килом. тоже на запад и речки Большой Индей около 15 километров на восток. Из грызунов самым обыкновенным завсегдатаем является бурундук сибирский, он часто встречается как среди самых каменистых выходов, так и всюду в районе, где можно видеть этого веселого зверька – искусного лазальщика по камням и деревьям. Белка встречается периодически, но всегда в незначительном количестве, чаще осенью, когда она видимо кочует. Отсутствие хороших кедрачей в заповедном районе не дает все-таки хорошего показателя для присутствия большого количества зимней белки. Белка попадается в двух разновидностях — чернохвостка и рыжехвостка. Большинство этого зверька наблюдается в долине Калтата. Кроме бурундука и белки для района Л.Я.Тугаринов указывает еще третью белку — летягу. Заяц беляк не редок, и его следы зимой покрывают большими петлями заповедник во всех его частях, а среди густых ельников и пихтачей, в логах представляют хорошо торенные тропы. Если принять во внимание рассказы столбистов, то приходится сделать предположение, что кроме белого и серого попадается заяц черноватый, видимо, это та разновидность, которую принимали некоторые зоологи за так называемого траурного зайца. В россыпях Калтата, около Манской Бабы и Китайской стенки водятся сеноставцы северные. Из мышей, которые, кстати сказать, совершенно не из­учены еще, из заповедного района встречаются, как можно судить поверхностно, пока два вида: серая мышь по избушкам с тупой мордочкой и небольшим хвостом и рыжая — среди леса и у кам­ней с очень коротким хвостом. По пустотам пород, представляющих собою хрустальные погребки, и в камнях нередки летучие мыши. Около избушки и в ней хозяйничает землеройка, а в рыхлой гумусовой почве между третьим и четвертым Столбами среди пихтача встречался алтайский крот, вылезший из земли на тропинку. Вот и все краткие сведения о млекопитающих заповедника, их немного и они совершенно здесь не изучены.

Несколько лучше обстоит дело с птицами, поскольку пернатые жители подают свои, всем хорошо известные голоса. Самыми типичными для заповедника птицами являются: семейство куриных — глухарь, тетерев и рябчик; вороновых (ворон, кедровка, кукша, сойка), а также синиц, дятлов и сов. Все эти зимующие птицы оживляют мертвенно-прекрасную обстановку унылого камня, темно-зеленой хвои и бесконечного снежного поля. Из куриных чаще всего — рябчик, реже глухарь. Изо­билие ягоды позволяет этого рода птицам усиленно размножаться в районе и выводить птенцов по близости ягодных мест, в многочисленных укромных уголках над навесами камня и развесистого пихтача. Весенние тока глухаря и тетерева происходят на полувытаявших югах и востоках. Ворон является неотъемлемым обитателем высоких камней, его крик, близкий к клекоту, подчеркивает обстановку героического ландшафта Столбов. Как лучший санитар, ворон зачастую хозяйничает на остатках человеческих остановок в районе Стол­бов. Поползень, сойка, кедровка, и реже кукша являются постоянными зимними спутниками забредающих на Столбы столбистов. Эти птицы, особенно поползень и сойка, воруют мясо, мыло, хлеб и даже стеариновые свечки, неосторожно положенные вблизи остановки, а красивые поползни настолько привыкают, что почти делаются ручными. С начала таяния все эти попутчики вдруг исчезают и их не видно в течение по крайней мере полуторых-двух месяцев, это период их гнездования, когда они забиваются в глухие уголки ельника и пихтача и только в средине лета вновь появляются всюду с подрастающей молодежью. Особенно обращает внимание тогда кедровка. Крикливые, длинноносые, неуклюжие птенцы кедровки целыми днями проводят вблизи становищ человека и около камней, поднимая крик и шум из-за корма. Поспевающие шишки кедра подвергаются немедленному нападению таких выводков и на земле появляются свежеобклеванные шишки. Синицы, кроме поползня, держатся зимами небольшими стайками и, перелетая с места на место, хлопотливо обыскивая каждый кустик, не являются вблизи жилья постоянными обитателями. Дятлы очень обыкновенны, особенно пестрые, всегда можно услышать их постукивание, особенно в тихие, солнечные, зимние, молчаливые дни, а их ранняя весенняя дробь является первым признаком грядущей весны. Филины и совы не часты в районе заповедника и только крик «шубу» филина и монотонное посвистывание в теплые летние ночи какой-то совки дают знать об их существовании.

С прилетом заморских гостей из теплых стран оживает красавица тайга, и молчаливые доселе сиениты, погруженные в свои вековечные сны, оживают под монотонное кукование кукушек, хриплое воркование горлицы, бесконечную вечернюю трель козодоя, ночное подергивание коростеля, хорканье токующего в сумерках вальдшнепа, пронзительный свист токующего лесного дупеля и чудные песни ночных певцов сырых осинников и жутких пихтачей и ельников — соловьев, красношейки и японского. День и ночь, сменяя друг друга на перерыв, как бы торопясь не опоздать, поют свои страстные песни, натосковавшиеся по широким лесным просторам пернатые прилетные гости. Кукушка обыкновенная встречается в большем количестве, чем индийская. Коростель встречается на границе заповедника по долинам речек Калтата, Моховой и Лалетиной и на более широких и открытых луговых местах, тоже можно сказать и о лесном дупеле. Вальдшнеп токует вдоль густых ручьевых ельников, вернее параллельно им. Красношейка поет главным образом по сырым осинникам и начинает свою песню после вечерней зари, ведя ее далеко за восход солнца. Японский соловей поет с полночи в густых пихтачах и ельниках и поет только до солнца свою однообразную, но удивительно мелодичную трель.

Из рыб необходимо отметить весьма незначительное количество хариуза в р.р.Сухого и Мокрого Калтатов. Из пресмыкающихся отмечена только ящерица и гадюка. Вообще нужно сказать, что район заповедника представляет какие-то неудобства для пресмыкающихся и они здесь очень большая редкость, несмотря на то, что внизу вне района они часты, особенно в щебнистых осыпях р.Лалетиной. Из мира насекомых распространен так называемый «гнус», то есть различного рода кровососущие двухкрылые, как то: «комары», «мошки», «овода». Гористость района и связанная с нею ветренность сильно уменьшает количество «гнуса» и смело можно сказать, что район Столбов является наиболее свободным от этих паразитов, чем другие окрестности города Красноярска лесного типа. Раннею весною появляются особого рода большой полосатоногий комар, по общему виду близкий к малярийному, который не кусает, и скоро исчезает, уступая свое место комару-кусаке или, как его называют, «куму». В средине лета к комару присоединяется «мошка», кстати сказать связанная главным образом с временем созревания черники и скоро кончающаяся. Из оводов, или по местному «паутов», встречаются большой и малый овода, а также слепень и пестряк, все они недолги по периоду своего существования. К гнусу необходимо прибавить клеща, многочисленного по весне и даже в начале лета. Из жуков попадаются: навозники, жужелицы, златки, усачи, иванов червячок и др., совершенно не изученные в этом районе насекомые. Из бабочек наиболее часты: дневной павлиний глаз, траурница, перламутровицы, голубянки, боярышница. Последняя в пределах Столбов сравнительно с берегом Енисея очень незначительна и почти не вредит черемухе в горах.

В перегноях встречается дождевой червяк. В ручьях попадаются маленькие пиявкообразные и очень редко мормыш. В природных аквариумах 1-го Столба изобилуют водяные блохи.

ИСТОРИЯ СТОЛБИЗМА

Из наиболее ярких исторических моментов можно отметить следующие:

1843 г. Первая дата определенно говорящая о Столбах. Посещение геологом Гофманом Столбов.

1864 г. 16 июля. Первое путешествие на Стол­бы Енисейского епископа Никодима. В составе 8 человек по Лалетиной верхами добрались до 1 Столба, сопровождаемые базайцами. Описывается путь на Столбы и обратно.

(Дн  еп. Никодима, кн.25).

1866 г. 8 июня второе путешествие Никодима на Столбы, в числе 7 всадников по Лалетиной до 2 Столба. Побывали на специально приготовлен­ной галерее у 2 Столба (нынешняя «Архиерейская площадка»). Побывав на «камне» и полюбовавшись «зрелищем неизмеримым», путники двинулись в обратный путь. Посещение Столбов Никодимом, как он пишет в своем дневнике было — «простое любопытство».

(Дн. еп. Никодима, кн.28).

1883-84 г. Посещение Столбов преподавателем Учительской семинарии в г.Красноярске Златковским. В его «Кратком отчете о геологических экскурсиях» имеется краткое описание Столбов.

1884 г. Александр Семенович Чернышев, писец К